Свободна в своей власти

Любимая стояла раком, высоко подняв бёдра и сильно прогнув спину, полностью отдаваясь позе покорности. Колени её были широко разведены, грудь прижата к постели, а лицо обращено в сторону. Она знает, что в таком положении открыта как никогда.
И вот позади неё я опускаюсь на коленки. Я приник лицом к её промежности с жадностью отчаявшегося существа.
Первым она почувствовала мое горячее, неровное дыхание на влажных половых губках и приоткрытом анусе. А затем — мой язык. Покорный, влажный, настойчивый. Я лижу её как собачка — жадно, без малейшего стыда, длинными, преданными движениями.

Когда мой язык прошёлся от клитора вверх, собирая обильную влагу её пизды, по телу любимой пробежала долгая, сладкая дрожь. Она ощущала, как он тщательно облизывает каждую складочку её набухших губ, проникает глубже в щель, жадно глотая её возбуждение.

Но особенно остро она чувствовала, когда мой язык поднимался выше и начинал кружить вокруг ануса. Тепло и влажность моего рта, настойчивые нажатия, попытки проникнуть в тугое кольцо — всё это вызывало глубокое, почти запретное наслаждение.
Анус медленно расслаблялся под моими старательными ласками, становясь всё более чувствительным и податливым. Каждый раз, когда я прижимался лицом сильнее, зарываясь носом между её ягодиц, она ощущала волну невероятно сильного возбуждения.

Любимая слегка покачивала бёдрами, прижимаясь к моему лицу, заставляя меня глубже погружаться языком то в пизду, то в анус. Она наслаждалась тёплым, мокрым, покорным моим язычком.
Она знала, что я лижу то самое место, которое иногда принимает в себя другого мужчину. И эти мысли заставляют пизду сокращаться от острого удовольствия.
Любимая с закрытыми глазами, полностью отдалась ощущению. Дыхание её стало глубже, соски напряглись, а тело медленно наливалось тяжёлой, сладкой истомой. В эти моменты любимая чувствовала себя по-настоящему женщиной — желанной, развратной и абсолютно свободной в своей власти.