О, тайный круг согласных тел и взглядов,
Где жар желаний не крушит основ,
Где «мы» — закон, и сладостно, и свято
Скользит по коже отблеск чуждых снов.

Там шёпот плеч, дыханий перекрёстки,
Чужая ладонь — как вызов и как дар;
Но нить одна, натянутая жёстко,
Держит сердца, не позволяя впасть в угар.

Они идут — не порознь, не теряясь,
В чужой огонь вступая заодно;
И плоть дрожит, но верность, не сдаваясь,
Горит под кожей глубже, чем вино.

А после — ночь, где двое вновь сомкнутся,
Смывая след случайных теплых рук;
И в тишине привычно улыбнутся —
Ведь страсть была дорогой, не разлук.

Так сладок грех, где нет ни лжи, ни плена,
Где выбор — не побег, а высший акт;
Где плоть смела, но клятва неизменна,
И верность — самый острый из всех благ.